Специальный репортаж
Мы подъехали к зданию церкви «Филадельфия» поздно вечером. Во всех окнах горел свет. У служебного входа «выстроились» лопаты: только что молодежь окончила уборку снега вокруг Дома молитвы.
Молодежный пастор Владимир Баталов воткнул в сугроб последнюю лопату. В главном зале в одиночестве раскручивал провода «технический мозг» ижевской церкви Кирилл Рекетц. В буфете за поздним ужином сидел первый гость епископ Федор Андронович. Через несколько часов начнет распеваться хор, музыканты сыгрываться, а группа порядка раскроет двери центрального входа, выходящие на улицу Петрова. Той самой улицы, по которой проходят 16 основных маршрутов городского транспорта.
Церковь братской любви
Мог ли кто-либо из шести-семи человек, собравшихся в яркий весенний день 1992 года в помещении на улице Клубной, предположить, что из группы по изучению Библии будет рождена большая евангельская церковь. А первые, облаченные для крещения в Ижевском пруду летом того же года, могли ли знать, как Бог будет все эти годы заботиться о них. Из истории церкви, что размещена на официальном сайте, мы узнаем, что «очень скоро это место стало известным, приходили новые и новые люди — русские, удмурты, татары. Они искали Бога и находили. Искренность и глубина покаяния и обращения к Богу не вызывали сомнений. Вскоре, в начале лета, на берегу Ижевского пруда, состоялось особое, необычное собрание — молитва и принятие крещения теми, кто решил дальнейшую свою жизнь провести с Богом, вдали от неправды и всякого порока. Сколько их было потом, таких святых собраний, когда воды пруда слышали удивительные слова: «Веруешь ли в Господа Иисуса Христа, распятого за твои грехи и воскресшего для твоего оправдания?» — «Верую!» Сколь много было радости тогда и на земле, и на небесах. Так рождалась церковь «Филадельфия».
С тех пор в Удмуртии и за ее пределами создано 32 церкви и религиозные группы, входящие в Объединение Церквей веры евангельской «Филадельфия». Их членами являются около 2300 человек.
Название церкви в переводе с греческого означает «братолюбие». Выбор такого названия связан не только с желанием показывать пример добрых отношений внутри церкви и ко всем окружающим, но и с обетованием, которое Бог оставил через Иоанна Богослова для одной из семи церквей — церкви в древнем греческом городе Филадельфия. В книге Откровение говорится: «И как ты сохранил слово терпения Моего, то и Я сохраню тебя от годины искушения, которая придет на всю вселенную, чтобы испытать живущих на земле» (Откровение 3:10).
Надо строить храм
Решение о строительстве храма было принято весной 1996 года на общецерковном собрании.
— В Удмуртии 1996 год был ознаменован принятием «Закона о миссионерской деятельности», — пишет старший пастор церкви «Филадельфия» Павел Желноваков. — Не желая нарушать законодательство, церковь «Филадельфия» выполнила требования закона и в лице нескольких христиан обратилась в Верховный Суд Удмуртии по вопросу неправомерности этого закона. После завершения в 1997 году известной судебной эпопеи церковь оказалась перед пониманием того факта, насколько она может оказаться уязвимой без собственного культового здания. Все эти видимые события, а также невидимые определения Бога и стали той отправной точкой, что и принесли в мой разум и сердце глубокое понимание того, что церкви необходимо свое храмовое помещение. Более того, это не должно быть просто церковное здание, а огромный религиозно-общественный центр.
Земельный участок для строительства был подобран в восточной части Ижевска, Устиновском районе, между больничным городком клинической больницы № 6 и микрорайоном Автозаводской. Это был пустырь, за которым только поросший кустарниками лог.
Согласно проекту, храм представляет собой четырехэтажное здание в форме треугольника с усеченными углами и огромным куполом, накрывающим большой зал для собраний. Общая площадь здания почти 7 000 кв. метров. В здании запланированы помещения для Библейского колледжа со своей гостиницей для студентов, большой зал собраний на 1324 места, кафетерий, конференц-зал, церковная гостиница, Воскресная школа, магазин христианской литературы, офисы и спортивно-оздоровительный зал для подростков.
Стоит отметить, на выставке авторских архитектурных проектов в Москве проект храма был назван одним из лучших в России за 1996–1997 годы. Его творцами стала супружеская пара Айрат Фатхулович и Нелля Мансуровна Шавалиевы.
Строительство было начато в 1998 году, и к 2010 году завершено. Однако при приеме работ Инспекция государственного строительного надзора при Министерстве строительства, архитектуры и жилищной политики Удмуртской Республики выдала предписание об устранении нарушений из 44 пунктов со сроком исполнения до конца октября 2010 года. Часть нарушений церковью была устранена, а в отношении другой части церковь обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании их незаконными. Все два года длились судебные заседания в различных инстанциях. В одном из последних судебных решений, постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 2 ноября 2012 года говорится: «Поскольку материалами дела подтверждено, что основания для принятия решения об отказе в выдаче заключения о соответствии построенного, реконструированного объекта капитального строительства требованиям технических регламентов у инспекции отсутствовали, указанное решение инспекции является неправомерным, нарушающим права заявителя».
Таким образом, все формальные поводы для запрета использования здания были устранены.
Росло здание — росла церковь
С хористом церкви Максимом Бушмелевым мы нашли местечко для беседы в холле третьего этажа. Здесь было тихо, если не считать слов проповеди, доносившихся из динамика, подвешенного под потолком. Максим успел переодеться, оставив облачение в раздевалке. Вот так, на протяжении нескольких лет Максим менял альбу на спецовку, а репетиции хора совмещал со стройкой. Профессиональный строитель Максим не мог остаться в стороне, когда его любимой церкви понадобилась помощь. Остался он на строительстве Дома молитвы и тогда, когда последовали предложения о более высокооплачиваемой работе. По нашей просьбе Максим вспомнил некоторые детали строительства.
— Как же не помню? Один миллион двести тысяч штук кирпича, — отчеканил Максим на вопрос о затраченных материалах. — Полтора года мы делали кладку, потом приступили к монтажу купола.
Крестообразный купол церкви прекрасно виден на снимках со спутника. Он сделан из специальных железных ферм и стекла. Кстати, первоначально купол приготовил строителям неприятный сюрприз: дождь так барабанил по стеклу, что заглушал все голоса в главном зале. Купол пришлось разбирать, прокладывать шумоизоляционные материалы.
Сотни прихожан церкви «Филадельфия» наравне с Максимом трудились на стройке: подавали кирпич, прибирались на субботниках, несли дежурство. Вроде бы из-за долгостроя должны были опуститься руки, но унынию не было места. Наоборот, росло здание, росла и церковь. На начало строительства в общине было около 500 прихожан, на дату открытия — 1300 членов. Верующие понимали, что их труд словно восстановление иерусалимской стены, разрушенной во время вавилонского пленения: у каждого был свой участок работы, и это сплотило церковь.
Для евангельского вероучения здание церкви не имеет сакрального значения, подобного в других конфессиях. Верующий человек — вот храм Бога. Освящение храма в таком случае — это его посвящение для дел Божьих, служения людям в городе, как места убежища, в котором каждый может примириться с Богом.
Не один раз за три дня торжественных богослужений дрогнет голос епископа Павла Желновакова, выдавая волнение. И всякий раз зал откликнется то ободрительным гулом, то молитвой, то радостным восклицанием. И снова подтвердится евангельская мысль, что Церковь — здание из живых камней. Эти драгоценные камни и есть настоящее украшение города.
