В России церковь отделена от государства, эта основополагающая норма записана как в Конституции, так и в «Законе о свободе совести» — главном документе, регламентирующем бытие религии на территории Российской Федерации.
Что это значит на деле?
— В России ни одна религия не может быть обязательной;
— Государство не вмешивается в церковные дела и не передает религиозным организациям свои функции госвласти;
— Государство сотрудничает с религиозными организациями в области сохранения культурных памятников и образовании. В школах можно преподавать религиозные дисциплины в качестве факультатива.
То есть в законе прописаны права и обязанности государства во взаимоотношениях с организациями.
Но членами любой религиозной организации являются граждане страны и соответственны их права государство обязано защищать.
Но как именно оно должно и вообще может это делать, если речь идет не о защите жизни и здоровья, а охране столь эфемерных величин как религиозные чувства?
А ведь именно это сейчас пытаются решить в законодательном порядке. В главный законодательный орган страны Государственную Думу, внесено предложение фракциями: «Единая Россия», КПРФ, ЛДПР, депутатом ГД Е.Б. Мизулиной (фракция «Справедливая Россия») проекта «О защите религиозных чувств граждан Российской Федерации».
Как именно должен быть сформулирован закон, насколько велика должна быть ответственность и вообще возможен ли закон в таком виде, о этом сейчас спорят как законодатели так и эксперты.
А так же высказали свою точку зрения некоторые религиозные лидеры, в том числе и протестантские.
Мы же решили спросить тех, кто еще не высказался.
Наш собеседник, известный общественный и религиозный деятель, Член Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте Российской Федерации, начальствующий епископ Союза Церквей Евангельских Христиан, епископ Александр Трофимович Семченко.
Добрый день Александр Трофимович. Скажите, пожалуйста, как в среде ваших единоверцев воспринимается сама идея того, что за оскорбление религиозных чувств верующих будет карать светское государство?
В целом я приветствую этот закон. Даже если он будет защищать только православных, я этому буду радоваться, поскольку их права тоже надо защищать. А считать, что этот закон не будет работать на защиту протестантов, у меня особых оснований нет. Но даже если этого не случится, все равно считаю, что закон важен и необходим, поскольку права православных попираются не хуже, чем права протестантов, причем теми же православными. Поэтому, наверное, они почувствуют всю прелесть обид, незаслуженно наносимых людьми других убеждений. Но то, что люди других убеждений не ценят и не уважают наши суждения – это не правильно. По крайней мере, меня убеждает то обстоятельство, что впервые, как говорит мой друг Ряховский, впервые за 1000 лет Православная церковь вступилась за разрушенную протестантскую церковь в Подмосковье. Это говорит о том, что мы идем в правильном направлении и нам надо стараться консолидироваться в нужных вещах, а не противопоставляться друг другу. Поэтому я считаю, что закон в том виде, в котором он предлагается, целесообразен и защитит права верующих. И хочется надеяться, в том числе и протестантов.
Если судить по информации, подаваемой СМИ, то выступление девушек из Pussy Riot, уничтожение православных крестов, или более ранний пример – убийство священника, – это и есть те причины, по которым данный закон принимается. Или есть другие причины, возможно, неочевидные?
Нет, я думаю, что любое резонансное событие последнего времени отражается на законотворчестве. Например, аварии с пьяными водителями, безобразия во время маршей и столкновения с полицией, к примеру, «Марш несогласных» — все это вызывает определенные поправки к закону. Поэтому я считаю, что ситуация с Pussy Riot и «крестоповалом» вызвана именно этими событиями. А что касается убийства священника, то убийство любого человека – это серьезное преступление.
То есть вы считаете, что ужесточение наказания необходимо, не смотря на то, что на сегодняшний день существуют ряд статей, предусматривающих различные наказания.
Я считаю, что обязательно стоит ужесточать и обязательно стоит применять. По крайней мере, по этому закону мы теперь сможем пожаловаться и потребовать наказать тех, кто перемешал гусеницами бульдозеров христианскую литературу, включая Библии.
Понятно, что этот закон нужен Русской Православной церкви. Может быть, он нужен еще кому то?
Убеждения всех надо защищать. Например, председатель комитета Государственной Думы сказал, что они готовы защищать и права атеистов, если они каким-то образом будут нарушены и их чувства будут оскорблены. Возможно, это смешно звучит, но закон имеет применительную силу ко всем убеждениям и религиям нашей страны. Это мое убеждение.
В свете христианского тезиса «непротивление злу насилием», насколько в принципе эта ситуация приемлема для христиан? Может быть, стоит отказаться от государственной защиты своих чувств?
Когда ап. Павла растянули ремнями для бичевания, он сослался на то, что является Римским гражданином, и не может быть наказываем без решения суда. Нельзя сказать, что он противился, ведь он не пытался бить своих истязателей. Он не ругался с ними, а просто воспользовался своим правом. И если по этому закону государство дает нам право защищать себя, почему нельзя этим воспользоваться? Я считаю, можно.
На ваш взгляд в этом законе, возможно, будет сформулировать единые для всех понятия святынь, которые нельзя оскорблять?
Я думаю, что теперь это задача ученых и специалистов по формулировкам. Пусть теперь они воспользуются данной им возможностью дать четкие определения.
Если бы вы непосредственно решали вопрос по созданию адекватной правовой нормы, то что бы вы сделали?
Я не депутат Государственной Думы, не обладаю правом законотворчества и не являюсь специалистом в этой области. Я считаю, что сотрудники соответствующих комитетов и ведомств сделают правильное решение. Сама идея закона мне нравится.
