Председатель Всероссийского Содружества евангельских христиан России, пастор церкви ЕХБ г.Зеленограда Павел Колесников совсем недавно вернулся из США. Несколько дней пастор Павел провел в Далласе, штат Техас, где вместе с американскими служителями обсуждал предстоящую осенью этого года в Москве конференцию поклонения.
Здесь, в Далласе, мы находимся по ряду причин. С одной стороны, чтобы поддержать наши давние дружеские отношения с некоторыми служителями американских церквей. С другой стороны, чтобы спланировать будущую работу, особенно в области музыкального и, в целом, творческого служения – все, что связано со звуком, со светом.
Первостепенная задача – объяснить разницу между поклонением и прославлением пасторам российских церквей, потому что ни один музыкальный руководитель в церкви ничего не сделает без пастора. Как пастор и как музыкант, я понимаю, что в России долгое время отсутствовало так называемое музыкальное служение. Присутствовала музыка, хор, общее пение, но как такового музыкального служения, куда включены музыкальные и певческие номера с элементами поклонения, – этого не было.
— Но за десять-двадцать лет существования российских евангельских церквей сложились определенные стереотипы и парадигмы. И для того, чтобы донести идею поклонения, вам нужно как-то преодолеть эти парадигмы, разрушить их, что ли. Вы к этому готовы?
— Думаю, нам предстоит не разрушать, а созидать.
— Что вы привезете в Россию после двух дней общения в Техасе на темы прославления?
— Осенью 2011 года в России намечена вторая конференция поклонения. Но это будет не обычная встреча, когда кто-то учит сверху, а все остальные воспринимают или не воспринимают эту информацию. Это будут мастер-классы, во время которых профессионалы в области музыки будут служить участникам конференции. Во многих церквах существует проблема с музыкальным служением, потому что в большинстве своем люди не знают, что и как петь. Моя задача – сформировать правильное отношение к тому, что происходит на западе. Здесь, в Америке, многие церкви еще двадцать-тридцать лет назад ушли от музыки во время прославления и пришли к поклонению. Мы в России сейчас стоим перед той же дилеммой, и наша задача понять, что мы должны научиться поклоняться Богу.
Вот так проходит поклонение в американских общинах. Церковь WoodsEdge Community Curch в Хьюстоне, Техас.
— Я никому ничего не навязываю, а просто рассказываю, как Бог нас благословил. И, если ты хочешь, можешь прийти и увидеть. Когда люди приезжают в нашу церковь и видят гармонию в служениях, как работает медиа-служение, служение дизайна, начинают спрашивать, а как мы это делаем. Мы готовы делиться своим лучшим опытом с другими. Допускаю, что некоторые традиционные церкви не готовы менять стиль музыкального служения, – не проблема, должны быть и те, и другие. Но нужно помнить, что сейчас такое время, когда новое поколение людей, которые приходят в церковь, ищут не форму, а внутреннее содержание.
— Не является ли использование аудиовизуальных инструментов во время богослужения более поверхностным, чем традиционное служение?
— Аудиовизуальные инструменты часто оценивают, как что-то внешнее и показное. Подобно тому, как западное христианство и служителей западных церквей называют людьми, работающими на публику. С 1993 года я объездил много церквей в Америке, Германии, и когда я, действительно, увидел людей, которые служат, то понял, что не имею права давать оценку, что это визуальное и поверхностное. Если через это неверующие находят Бога, то это не внешнее, потому что кто-то лучше воспринимает визуально, а кто-то на слух. Если у тебя проблемы с визуальным восприятием, просто закрой глаза и слушай.
— Есть еще одна проблема, на которую стоит обратить внимание, – это разделение церкви на утреннее спокойное богослужение для старшего поколения и громкое вечернее – для молодежи. Случались истории, когда второе служение с ярким молодым и современным лидером уходило из церкви. Как бы вы ответили пастору, который боится заниматься подобными музыкальными экспериментами, чтобы не потерять молодежь.
— Это, действительно, актуально. Если пастор сам не готов изменяться, расти, продолжать учиться, анализировать опыт других, он будет всегда жить в напряжении, что вдруг что-то произойдет. Нам это не грозит, потому что я не делю церковь на поколения.
Интервью: Людмилы Качкар и Сергея Тараненко
Фото: Сергея Тараненко
