Общение между атеистами и христианами нередко выглядит похожим на общение знаменитой Эллочки Людоедки со своим мужем.
Смех сквозь слезы.
Ильф и Петров наверняка и не подозревали, что их персонажи могут послужить поводом для примерно такого диалога:
Эллочка с шиком привезла с книжного развала старые книги антирелигиозного содержания . Мужа дома не было. Впрочем, он скоро явился, таща с собой портфель.
— Мрачный хрюс пришел, — отчетливо сказала Эллочка.
Все слова произносились ею отчетливо и выскакивали бойко, как горошины.
— Здравствуй, Леночка, а это что такое? Откуда книжки?
— гы-гы
— Нет, в самом деле?
— Прогрессивно!
— Да. Книжки оригинальные.
— Так-си-лев-ские!
— Подарил кто-нибудь?
— Мухахаха!
— Как?! Неужели ты купила? На какие же средства? Неужели на хозяйственные? Ведь я тебе тысячу раз говорил…
— Эрнестуля! Устаревшая мораль!
— Ну как же так можно делать?! Ведь нам же есть нечего будет!
— Безграмотные древнееврейские пастухи
— Но ведь это возмутительно! Ты живешь не по средствам!
— Церковники лицемеры!
— Да, да. Вы живете не по средствам…
— Состояние патриарха 200 миллионов долларов
— Нет, давай поговорим серьезно. Я получаю двести рублей…
— Блаженны нищие
— Взяток не беру… Денег не краду и подделывать их не умею…
— Жесть!
Эрнест Павлович замолчал.
— Вот что, — сказал он наконец, — так жить нельзя.
— Помолись своему боженьке — возразила Елена Андреевна, резко раскрыв книжку.
— Нам надо разойтись.
— Во имя Ктулху!
— Мы не сходимся характерами. Я…
— Толстый поп
— Сколько раз я просил не называть меня толстым попом!
— Толстый поп на лексусе
— И откуда у тебя этот идиотский жаргон?!
— Учи матчасть
— О черт! — крикнул инженер.
— Ненаучно
— Давай разойдемся мирно.
— 5 миллионов ведьм
— Ты мне ничего не докажешь! Этот спор…
— Иди ломай лбом пол
— Нет, это совершенно невыносимо. Твои доводы не могут меня удержать от того шага, который я вынужден сделать. Я сейчас же иду за ломовиком.
— Инквизиция
— Мебель мы делим поровну.
— Попы жируют
— Ты будешь получать сто рублей в месяц. Даже сто двадцать. Комната останется у тебя. Живи, как тебе хочется, а я так не могу…
— Не строй из себя святошу — сказала Эллочка презрительно.
— А я перееду к Ивану Алексеевичу.
— Лети к своему ахтунговому боженьке
— Он уехал на дачу и оставил мне на лето всю свою квартиру. Ключ у меня… Только мебели нет.
— Мрачное средневековье!
Эрнест Павлович через пять минут вернулся с дворником.
— Ну, компьютер твой я не возьму, он тебе нужнее, а вот письменный стол, уж будь так добра… И один этот стул возьмите, дворник. Я возьму один из этих двух стульев. Я думаю, что имею на это право?..
Эрнест Павлович связал свои вещи в большой узел, завернул сапоги в газету и повернулся к дверям.
— Вы Коперника сожгли — сказала Эллочка граммофонным голосом.
— До свиданья, Елена.
Он ждал, что жена хоть в этом случае воздержится от обычных металлических словечек. Эллочка также почувствовала всю важность минуты. Она напряглась и стала искать подходящие для разлуки слова. Они быстро нашлись.
— Учи матчасть! Наука теснит религию!
Инженер лавиной скатился по лестнице.
— Мрачный хрюс пришел, — отчетливо сказала Эллочка.
Все слова произносились ею отчетливо и выскакивали бойко, как горошины.
— Здравствуй, Леночка, а это что такое? Откуда книжки?
— гы-гы
— Нет, в самом деле?
— Прогрессивно!
— Да. Книжки оригинальные.
— Так-си-лев-ские!
— Подарил кто-нибудь?
— Мухахаха!
— Как?! Неужели ты купила? На какие же средства? Неужели на хозяйственные? Ведь я тебе тысячу раз говорил…
— Эрнестуля! Устаревшая мораль!
— Ну как же так можно делать?! Ведь нам же есть нечего будет!
— Безграмотные древнееврейские пастухи
— Но ведь это возмутительно! Ты живешь не по средствам!
— Церковники лицемеры!
— Да, да. Вы живете не по средствам…
— Состояние патриарха 200 миллионов долларов
— Нет, давай поговорим серьезно. Я получаю двести рублей…
— Блаженны нищие
— Взяток не беру… Денег не краду и подделывать их не умею…
— Жесть!
Эрнест Павлович замолчал.
— Вот что, — сказал он наконец, — так жить нельзя.
— Помолись своему боженьке — возразила Елена Андреевна, резко раскрыв книжку.
— Нам надо разойтись.
— Во имя Ктулху!
— Мы не сходимся характерами. Я…
— Толстый поп
— Сколько раз я просил не называть меня толстым попом!
— Толстый поп на лексусе
— И откуда у тебя этот идиотский жаргон?!
— Учи матчасть
— О черт! — крикнул инженер.
— Ненаучно
— Давай разойдемся мирно.
— 5 миллионов ведьм
— Ты мне ничего не докажешь! Этот спор…
— Иди ломай лбом пол
— Нет, это совершенно невыносимо. Твои доводы не могут меня удержать от того шага, который я вынужден сделать. Я сейчас же иду за ломовиком.
— Инквизиция
— Мебель мы делим поровну.
— Попы жируют
— Ты будешь получать сто рублей в месяц. Даже сто двадцать. Комната останется у тебя. Живи, как тебе хочется, а я так не могу…
— Не строй из себя святошу — сказала Эллочка презрительно.
— А я перееду к Ивану Алексеевичу.
— Лети к своему ахтунговому боженьке
— Он уехал на дачу и оставил мне на лето всю свою квартиру. Ключ у меня… Только мебели нет.
— Мрачное средневековье!
Эрнест Павлович через пять минут вернулся с дворником.
— Ну, компьютер твой я не возьму, он тебе нужнее, а вот письменный стол, уж будь так добра… И один этот стул возьмите, дворник. Я возьму один из этих двух стульев. Я думаю, что имею на это право?..
Эрнест Павлович связал свои вещи в большой узел, завернул сапоги в газету и повернулся к дверям.
— Вы Коперника сожгли — сказала Эллочка граммофонным голосом.
— До свиданья, Елена.
Он ждал, что жена хоть в этом случае воздержится от обычных металлических словечек. Эллочка также почувствовала всю важность минуты. Она напряглась и стала искать подходящие для разлуки слова. Они быстро нашлись.
— Учи матчасть! Наука теснит религию!
Инженер лавиной скатился по лестнице.
Вечер Эллочка провела с Фимой Собак. Они обсуждали необычайно важное событие, грозившее опрокинуть Светское государство Российская Федерация.
— Президент Медведев подписал приказ о введении ОПК! — сказала Фима, по-куриному окуная голову в плечи.
— тупые веруны!
И Эллочка с уважением посмотрела на Фиму Собак. Мадмуазель Собак слыла культурной девушкой — в ее словаре было около ста восьмидесяти слов.
При этом ей было известно одно такое слово, которое Эллочке даже не могло присниться. Это было богатое слово — АНТИКЛЕРИКАЛИЗМ.
Фима Собак, несомненно, была культурной девушкой.
Total Views: 0
