С 27 по 30 июня 2012 года в Севастополе состоялся Второй футурологический конгресс.
О самом конгрессе, а так же о причинах побудивших российских протестантских священнослужителей принять в нем участие нам рассказал руководитель богословского отдела РОСХВЕ, пастор Михаил Дубровский.
Футурология — дисциплина, которая занимается изучением будущего, перспектив развития нашей цивилизации, возможностей, которые таит в себе это будущее и опасностей, которые нас подстерегают. А также — вопросами того, как мы, люди, должны действовать перед лицом грядущего.
Как кажется, для христиан такая работа должна быть вполне естественной. Ведь мы по определению являемся народом будущего — теми, кто уже сейчас вкусил «жизни будущего века», а потому способен всерьез говорить о том, что происходит с этим миром, и действовать в соответствие с этим.
Причем, речь идет не только о грядущих судах.
Мы знаем, что Суд Божий — это неизбежное и даже ожидаемое нами будущее. Однако, Бог призывает нас также видеть и другую перспективу, преобразовывать мир, в котором мы пока живем, или, говоря словами Писания, «заботиться о городе, в котором Он поселил нас» (Иер.29:7).
Именно городам и был посвящен Второй конгресс. Какими будут города будущего? Как будет организована жизнь людей в этих городах? Какими будут церковные общины? Этот вопрос тоже обсуждался на конгрессе, поскольку среди его участников достаточное число составляли христиане, причем, всех трех основных направлений христианства: и католики, и православные, и протестанты.
Пока рано говорить о том, что на эти сложнейшие вопросы уже дан какой-то ответ. Но часто бывает так, что сама постановка вопроса важнее ответов, поскольку вопросы пробуждают нас к поиску, обращают нас к Тому, у Кого есть эти ответы.
Мир стоит на пороге перемен. Это не просто слова, это — реальность нашей жизни. Сможем ли мы, христиане, показать путь людям, захваченным этими переменами? Можем ли мы увидеть в этих переменах Господа, Творящего «все новое»?
Или мы по-прежнему будем цепляться за прошлое, боясь оставить то, что уже умерло? От ответа на этот вопрос зависит, каким будет завтрашний мир: постхристианским или мы увидим новую волну благовестия и подлинно христианского преображения этого мира?
