Уходящий год богат на нововведения в законодательстве, затрагивающем права и интересы верующих и церквей. Прежде всего стоит упомянуть о так называемом "законе об иностранных агентах". Если говорить точнее, то недавно Государственная дума приняла Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регулирования деятельности некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента».
Предлагается внести уточнение в Закон «Об общественных объединениях» (закон пятнадцатилетней давности, в общем-то и вправду несовершенный) о том, какая общественная организация является иностранным агентом: «получающие денежные средства и иное имущество из иностранных источников и участвующие в политической деятельности».
Здесь возникают сразу два вопроса. Первый — что такое политическая деятельность? Ее ведь можно трактовать бесконечно широко. Ведь есть и собственно политика, есть и налоговая политика, и национальная политика, и культурная политика.
Разумеется, речь идет, конечно же, о политике согласно законодательству о политических партиях, то есть участии граждан Российской Федерации в политической жизни общества «посредством формирования и выражения их политической воли, участия в общественных и политических акциях, в выборах и референдумах, а также в целях представления интересов граждан в органах государственной власти и органах местного самоуправления». Но в законопроекте никакого определения политической деятельности не дается и ни с какими иными законами о политической деятельности взаимосвязь не устанавливается.
Это дает контролирующим органам непозволительно широкие возможности относить к политической деятельности практически любую общественную деятельность. Ведь и общество любителей кошек может участвовать в пикетах, давать властям разные советы и выступать с различными предложениями по устройству общественной жизни.
А если это организации социальные? Они и создаются в целях достижения общественно значимых целей – запрет пыток и ликвидация наркомании, снижение бездомности и борьба с загрязнением окружающей среды, содействие независимости СМИ и антикоррупционной деятельности. Здесь тоже есть элемент политики в самом широком смысле этого понятия. Ведь политикой занимаются все. Впрочем, можно и не заниматься политикой, но, как утверждал французский политик Шарль Форб де Трион де Монталамбер, все равно политика занимается вами.
Вызывает также удивление отсутствие всякой градации поступления денежных средств из-за рубежа. Ведь есть большая разница, выделяет ли денежку пресловутый госдеп на оппозиционный митинг, или какой-нибудь ковбой пересылает игрушку на детский приют. Но по новому закону и политиканствующая оппозиционная группировка и детский приют могут быть признаны «иностранными агентами». Вот недавно Глава президентского Совета по правам человека Михаил Федотов предположил, что по новому закону к иностранным агентам может быть отнесена даже Русская православная церковь. И действительно, что если какой-нибудь богобоязненный серб или грек пошлет пожертвование на Чистый переулок? Прокурор тут как тут: «Вы иностранный агент!».
Законодателю стоило бы подумать и установить, может быть, какой-то максимальный процент иностранных поступлений в бюджете НКО. Правда, к большому сожалению, наши сограждане жертвуют меньше, чем иностранцы. Сказывается и отсутствие культуры благотворительности в современном обществе (многие еще помнят, что лет двадцать пять назад не было ни нищих, ни безработных), и невысокий уровень жизни наших сограждан в «стране возможностей».
Впрочем, в обсуждение закона включился Президент В.В. Путин, предложивший не распространять нормы закона на религиозные организации, госкорпорации и госкомпании, созданные ими некоммерческие организации, а также государственные и муниципальные учреждения.
Также, как отмечает сайт главы государства, предлагается уточнить понятие «политическая деятельность», указав, что к таковой не относится деятельность в области науки, культуры, искусства, здравоохранения, профилактики и охраны здоровья граждан, защиты материнства и детства, социальной поддержки инвалидов, пропаганды здорового образа жизни, физической культуры и спорта, защиты растительного и животного мира, благотворительная деятельность, а также деятельность в области содействия благотворительности и добровольчества.
Еще один крайне обсуждаемый законопроект о защите верующих от оскорблений. В настоящее время в российском парламенте обсуждается проект закона о внесении изменений в Уголовный кодекс и другие законодательные акты в целях противодействия оскорблению религиозных убеждений и чувств граждан, осквернению объектов и предметов религиозного почитания (паломничества), мест религиозных обрядов и церемоний.
В пояснительной записке к законопроекту указывается, что последний разработан в развитие положений Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объедениях» для устранения пробелов в правовом регулировании в части, касающейся ответственности лиц, оскорбляющих религиозные убеждения граждан России, исповедующих христианство, ислам, буддизм, иудаизм и другие религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России, и/или оскверняющих объекты и предметы религиозного почитания (паломничества), места, предназначенные для совершения богослужения, других религиозных обрядов и церемоний религиозных объединений. Нет никакого сомнения, что скандальные акции направлены не только против церкви как общественного института, но и против нравственных и духовных основ общества.
Широкие народные массы – верующие и неверующие, православные и мусульмане – испытывают глубокое отвращение к кощунникам и осквернителям святынь. В этой связи законодательная инициатива, направленная на защиту чувств и ценностей верующих оправдана.
Между тем в нашей стране есть давняя и не очень хорошая традиция принимать новые законы, не предприняв мало-мальские попытки исполнить законы старые, уже существующие. Напомню, что в УК РФ уже существует ст. 213 («Хулиганство»), ст. 214 («Вандализм»), ст. 282 УК («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»).
Так что говорить о том, что права верующих совсем никак уж не защищены и следует бросить им спасательный круг, не совсем верно. Тут можно напомнить и о административной статье ст. 5.26, предусматривающей ответственность за нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях, а также об административной ответственности за хулиганство.
Так что кажется, что предлагаемая в качестве законопроекта статья 243.1. (я цитирую законопроект: «Публичное оскорбление, унижение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний религиозных объединений, исповедующих религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России, а равно как публичное оскорбление религиозных убеждений и чувств граждан, … Осквернение объектов и предметов религиозного почитания (паломничества), мест, предназначенных для совершения богослужения, других религиозных обрядов и церемоний религиозных объединений, исповедующих религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России, а равно повреждение и/или разрушение таких предметов (мест)») дублирует уже существующие статьи Уголовного Кодекса.
Также вызывает вопрос и указание в законопроекте только «исторических» конфессий. Неужели не будут защищать права тех, кого к таковым не относят чиновники (протестантов, например, которых иные чиновники называют «нетрадиционными» или «сектами»). Впрочем, власть и здесь понимает, что выпускать такого «джинна из бутылки» в виде «оскорбленных» религиозных фундаменталистов не стоит. Вероятно поэтому В.В. Путин призвал совсем недавно не торопиться с принятием этого закона, сначала подумать и все взвесить.
В нашей стране правовой нигилизм давно, к сожалению, стал общим местом. По отношению к религиозным организациям нарушение их прав и законных интересов не проявляется явно (особенно если говорить о столицах). Главное, что иными чиновниками фактически создаются препятствия церквям в осуществлении их уставной, совершенно законной деятельности.
Вот недавно снесли пятидесятническую церковь в Москве. Допускаю, что могли быть нарушения в строительной документации, что-то не так спланировали и подписали. Но к таким ситуациям власти нужно относиться очень взвешенно и внимательно. Если уж власть так заботится об оскорблении чувств верующих, не кажется ли ей, что нет для верующего большего оскорбления и обиды как видеть, что разрушается Храм Божий?
Или ситуация с ребиалитационным центром «Новая жизнь». Вполне допускаю, что с точки зрения санэпидорганов к ребцентру есть претензии. Там ведь не институт благородных девиц, в центр приходят наркоманы и бомжи, туберкулезники и алкаши. Возможно, окурок бросили куда-то не туда. Но надо смотреть не на мелочи, а на большой результат в виде сотен исцелившихся от наркотиков и водки людей. Я понимаю, что это сложно, что это уже государственная политика! Но надо всем нам учиться.
Конечно, не правы те, кто считает, что «страна погружается в 37-ой год». Но проблем еще много и нужно учиться бороться за свои права.
Константин Ерофеев
