Оглянувшись вокруг на последнем воскресном служении, я заметил, что большинство людей не поёт. Да и большинство из тех, кто пели — едва шевелили губами. Единственные голоса, которые я слышал, были голоса людей с микрофонами на сцене.
Это начало иметь место на протяжении последних лет, в крупных и мелких церквях. То, что было общинным пением стало общинным наблюдением.
Даже когда щебечущий «лидер прославления» в современных церквях со сцены предсказуемо призывает всех «подняться и славить», люди обычно соглашаются лишь подняться, а после превращаются в немых манекенов.
Что стоит за этим явлением? Что стало с былыми звуками святилищ, переполненных пылкими, гармонирующими голосами со скамей, поющих с такой страстью, что их можно было услышать прохожим на улице? Я предполагаю, что в этом замешаны несколько факторов.
Зрительский настрой. Всё чаще церковь строит богослужение как мероприятие для зрителей. Все ждут людей на сцене, которые будут что-то исполнять, а люди в зале будут играть роль любой хорошей аудитории — будут приходить, сидеть спокойно и тихо, не задавать вопросов, не принимать ни в чем участия (за исключением корзин для пожертвования) и наблюдать, как герои-музыканты представляют им свои хорошо отрепетированные концерты.
Профессионализм. Кажется, для церковной музыки стало гораздо важнее быть профессиональной, чем такой, в которой можно легко принимать участие. Люди на скамьях понимают, что их вокал меркнет в сравнении с громкими голосами тех, что у микрофонов. Качеству звука поклоняются. Так что, поклоняющиеся не хотят осквернять качество звука своим нестройным мурлыканьем. Лучше просто изображать пение синхронными движениями губ.
Рёв. Громкость музыки поднимается так сильно, что люди не слышат свои собственные голоса, а также голоса тех, кто рядом с ними, даже если они будут громко петь. Поэтому они не поют. Правильно, ведь что это даст? Подавляющий, усиленный звук грохочет из громадных колонок, не оставляя шанса для здорового общинного пения.
Выбор музыки. Иногда люди воздерживаются от пения, потому что песни им не известны, их сложно петь, или же они просто никудышные. Иногда лидеры прославления выбирают песню, которая математически совпадает с темой проповеди, но ее просто невозможно петь. А порой эти же лидеры выбирают хромающие на обе ноги песенки, написанные их любимыми авторами — ими самими.
Признаюсь. Я присоединился к большинству. Я перестал петь. И мне от этого не радостно. Я знаю, что должен преодолеть эти препятствия и просто славить Господа своим, пускай даже очень непрофессиональным, вокалом. Но я нуждаюсь в такой среде, которая будет вызывать искреннее, проникновенное участие моего голоса.
Автор —Thom Schultz
Перевод — Алекс Фишман
Источник — ieshua.
