Согласно разработанному Минюстом законопроекту, государство намерено усилить контроль за финансово-хозяйственной деятельностью религиозных организаций.
Речь, в частности, идет о получателях финансовой помощи из-за рубежа. Эксперты указывают, что правка законодательства осуществляется в русле общего ужесточения контроля за неправительственными организациями. Представители конфессий, получающих средства от иностранных партнеров, подвергли инициативу критике.
Проект поправок к закону "О свободе совести и религиозных объединениях" и иным законодательным актам (законы "О некоммерческих организациях" и "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей") в части изменения механизма контроля за деятельностью религиозных организаций подготовлен Минюстом. Документ разработан согласно поручению президента РФ от 22 мая 2014 года, который дал указание наладить надзор за "поступлением благотворительных пожертвований, иных денежных средств и имущества религиозным организациям".
Сейчас подобный контроль осуществляется в рамках закона "О некоммерческих организациях" (НКО), который предусматривает либо полную, либо упрощенную отчетность НКО перед госорганами. Этот порядок сохраняется и в новом документе, однако вводятся дополнительные требования к религиозным организациям—получателям средств или имущества из-за рубежа. В пояснительной записке подчеркивается, что принимаемые меры необходимы для выявления и реагирования на факты "причастности к экстремистской и террористической деятельности, а также иные нарушения законодательства РФ".
В частности, Минюсту дается право запрашивать у получателей иностранной помощи "документы, содержащие отчет о деятельности, о составе руководящих органов, о целях расходования денежных средств и использования иного имущества". При этом ревизоры могут нагрянуть с внеплановыми проверками. Поводом для них в том числе может стать информация о наличии в деятельности религиозной организации признаков экстремизма и терроризма, а также поручение президента РФ или требование прокурора. Нарушение требований, то есть неоднократное непредставление религиозной организацией документов, является основанием для обращения в суд с иском о ликвидации организации.
"Учитывая, что положения закона о НКО, в которых говорится об иностранных агентах, не распространяются на религиозные организации, Минюст решил выделить контроль за конфессиями в отдельный документ,— считает президент Гильдии по религии и праву Роман Лункин.— Таким образом, в религиозной среде появятся свои иностранные агенты, которые попадут под тотальный контроль".
"Правка законодательства осуществляется в русле общего усиления контроля за неправительственными организациями",— согласен член президентского Совета по правам человека, директор Московского бюро по правам человека Александр Брод. По его словам, еще на стадии обсуждения документа была высказана критика, которая частична учтена. "Например, взять внеплановые проверки,— рассказал "Ъ" господин Брод.— Мы знаем, что подобные мероприятия фактически парализовали деятельность некоторых НКО". Эксперт сомневается, что инициатива сможет помочь борьбе с экстремизмом в религиозной среде. "Организации, которые получают зарубежное финансирование и могут иметь признаки экстремистской деятельности, как правило, не регистрируются. А вот легально действующим религиозным организациям поправки могут осложнить жизнь",— считает он.
Представители Русской православной церкви заявляют, что помощи из-за рубежа не получают. "Контролю будут подлежать исключительно те религиозные организации, которые финансируются из-за границы либо осуществляют экстремистскую деятельность",— заявила "Ъ" руководитель юридической службы Московской патриархии игуменья Ксения (Чернега), которая поддерживает инициативу Минюста.
"Закон дает дополнительные рычаги давления на религиозные организации и противоречит принципу отделения религии от государства",— считает "Ъ" руководитель департамента общественных связей Федерации еврейских общин России (ФЕОР) Борух Горин. По его словам, у ФЕОР есть совместные программы с зарубежными благотворительными организациями. "Мы не испытываем особых опасений, так как де-юре мы и так даем отчеты в органы власти",— уточнил раввин.
"Непонятно, зачем возлагать на Минюст функции, которые уже есть у подразделений МВД, СК, прокуратуры, ФСБ, ФНС и Федеральной службы по финансовому мониторингу. К тому же они регламентируются законами "О противодействии экстремистской деятельности" и "О свободе совести"",— удивляется первый заместитель начальствующего епископа Российского объединенного союза христиан веры евангельской епископ Константин Бендас. По его мнению, "даже самая законопослушная организация получает клеймо подозрительной и неблагонадежной только по факту проведения в отношении нее проверки, особенно с таким поводом — выявление фактов осуществления экстремистской или террористической деятельности".
Первый зампред Совета муфтиев России Рушан Аббясов указывает, что одним из оснований для проведения внеплановой проверки Минюстом религиозной организации станет поступление из госорганов или органов местного самоуправления информации о наличии признаков экстремизма или терроризма. "Это что, возврат к 1937 году, когда каждый мог оговорить любого?" — недоумевает господин Аббясов. По его мнению, инициатива Минюста "может усложнить жизнь официально зарегистрированным мусульманским общинам, которые борются с радикализмом, экстремизмом и терроризмом". Муфтий указывает, что у мусульман есть партнерские программы, которые финансируют исламские страны, и добавляет: "Надеюсь, эти программы не пострадают, у нас вся деятельность прозрачна".
Согласно поручению президента, законопроект должен быть подготовлен до 25 февраля 2015 года, после чего будет внесен в Госдуму. "В целом у нас положительное отношение к этому документу,— заявил "Ъ" председатель комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций Ярослав Нилов (ЛДПР).— Учитывая, что в России зарегистрировано 25 тыс. религиозных организаций, контроль необходим в том числе и за тем, откуда идет финансирование". "Не секрет, что существуют попытки проникновения радикального ислама в среду традиционного,— привел примеры депутат.— Бывают случаи противоправных действий руководства некоторых религиозных организаций, которые занимаются психологической обработкой верующих для получения материальных средств".
