На днях с моим другом, Иваном Серединым, делали доброе дело. Какое не скажу (дабы не ведала правая рука, что делает левая), но с удовольствием поведаю предысторию.
Итак, сижу я ровно, никого не трогаю, работу работаю. Звонок.
— Алло?
— Аркаша! Друг дорогой, ты чем занят?
— Вань, — говорю, — чем люди заняты днем в будний день?
— Аркаша! Все не так. Все не так…
Чувствую, что-то случилось у Ванечки моего дорогого, говорю:
— Ты, может, забежишь ко мне в обед?
Дело в том, что у меня в Компании есть прекрасная столовая, и можно вкусно и недорого поесть. И я по статусу помощника замначальника Ваню провожу к нам пообедать.
— Нет, не забегу. Все не так…
Такого оборота я, признаться, никак не ожидал. Чтобы друг мой отказался хорошо покушать? Что-то серьезное.
— Вань.
— А?
— Ну давай пересечемся на бульваре. Через пятнадцать минут. Ок?
— Давай.
Обычно Ваня всегда чуть опаздывает, но тут, смотрю, уже стоит, ищет меня глазами. Подошел, поздоровались. Помолчали пару минут, наблюдая суету буднего дня в центре Москвы, и тут он говорит:
— Христос то смотрит на меня и знаешь кого видит?
— Кого?!
— Иуду.
Далее последовала долгая путанная история, из которой я понял, что Ваня всерьез писал письмо Богу и всерьез обаружил, что бездельничает. Что спасен на добрые дела, а дела то все ради себя по большей части.
И он так проникновенно говорил, что это волнение передалось мне. Я тоже почувствовал себя Иудой. И мы решили не обедать в тот день. И на следующий тоже.
Этот драгоценный обеденный час мы потратили на доброе дело. И сэкономленные деньги тоже. На какое не скажу, но уверен, если захотите, придумаете не хуже. Днем в городе много нуждающихся.
