Согласно всем социологическим опросам почти две трети населения называют себя верующими.
Вы знаете, я служитель Церкви, ректор семинарии ЕЛЦ в Новосаратовке,…. и меня пугает эта цифра!
«Бог есть», — для большинства людей это нечто само собой разумеющееся.
У Райнера Мария Рильке есть стихотворение под названием «Гефсиманский сад». Страшное стихотворение.
Он поднимался из последних сил,
седей маслин, седеющих на склоне, —
и лоб, покрытый пылью, погрузил
в горячие и пыльные ладони.
Он поднимался из последних сил,
седей маслин, седеющих на склоне, —
и лоб, покрытый пылью, погрузил
в горячие и пыльные ладони.
Путь завершен. И впереди — конец.
Уйти — но я уже ослеп, плутая,
и как скажу я, что есть ты, отец,
когда нигде не нахожу тебя я?
Уйти — но я уже ослеп, плутая,
и как скажу я, что есть ты, отец,
когда нигде не нахожу тебя я?
Не нахожу тебя: в себе самом,
ни в камне, ни в тени маслин — ни в ком.
ни в камне, ни в тени маслин — ни в ком.
Я одинок, и ни души кругом.
Скорбящих утешал я, твой посол,
и ты меня и укреплял и вел,
ты — выдумка. О как мой крест тяжел!..
и ты меня и укреплял и вел,
ты — выдумка. О как мой крест тяжел!..
А после скажут: ангел снизошел.
Причем тут ангел? Нисходила ночь,
листву листая в густолистой кроне,
ученики ворочались спросонья.
листву листая в густолистой кроне,
ученики ворочались спросонья.
Причем тут ангел? Нисходила ночь.
Подобна ста другим, что наступали
и уходили прочь.
и уходили прочь.
В ней стыли камни, в ней собаки спали —
о, смутная, о, полная печали,
заждавшаяся утра ночь.
Неужели эти люди, что с легкостью признаются в своей вере, не видят всего, что так отчаянно противоречит ей: зла, несправедливости и боли в окружающем мире? Отсутствия чудес? Жестких, неумолимых и таких циничных законов мироздания? Неужели они не ощущают внутренней пустоты, тревоги, не переживают отчаянных и как кажется, бесплодных поисков смысла жизни? Наверное, нет…
Рильке описывает переживания Христа в Гефсиманском саду, как ощущение отсутствия Бога, ощущение полной бессмысленности и банальной приземленности происходящего. И это стало, согласно поэту, главной трагедией креста.
Что ж, такую трактовку можно принять! И канонические Евангелия сохранили рассказ о том, что Иисус, умирая на кресте, воскликнул: «Боже мой! Боже мой! Почему Ты меня оставил?».
Богооставленность, поражение, провал, — вот что означал крест. Те, кто страдают от отчаяния, кто не может обрести Бога, кто внутренне опустошен, чьим кредо является «Бог умер», кто сокрушен вопиющей несправедливостью бытия, — Иисус сроднился с ними всеми.
Он умер для того, чтобы для них в глубине отчаянья вспыхнула подлинная надежда, чтобы их безверие оказалось вдруг настоящей верой, чтобы в богооставленности они обрели истинного Бога.
Отрицать Бога, бороться против Него, искать и не находить Его, мучиться от сознания пустоты вокруг, просто устало потирать больные виски, не понимая, как во всем может быть хоть какой-то смысл… А затем обратить свой взгляд на крест, как символ поражения, одиночества, богооставленности… символ откровения…
Но большинству это, похоже, не нужно, ведь они и так уже верующие, в чем с легкостью и признаются…
Total Views: 0
